Поставский кузнец – Юрий Фурс

http://postavy.of.by/
Говорит, иначе нельзя, потому что у железа тоже есть душа.

Для нас это звучит неожиданно, но, когда видишь выкованные вещи, понимаешь: перед тобой произведения искусства.

Сколько осталось кузнецов в Беларуси, богатые ли это люди – об этом репортаж, подготовленный onliner.by.

«Чалавек вольны»

Мы входим в мастерскую, с виду самую обычную. По периметру – инструмент, заготовки и очень много металла. Особое место занимает горн, где еле-еле горит огонь. Юрий подсыпает угля, увеличивает подачу воздуха, и языки пламени начинают плясать веселее.

Изображение 6

Изображение 2

В своем роду Юрий Фурс – первый и пока единственный кузнец. Сам удивляется, как так получилось, ведь предки к «ковальству» отношения не имели. Размышляет и через окно смотрит на небо: «Наверное, оттуда пришло! Я же после армии вернулся в Поставы, ходил-болтался туда-сюда без цели, без понятия, кем стать, какую профессию выбрать. Отец работал сварщиком на местном заводе и взял меня на время к себе, чтобы я не связался с дурной компанией да не влип в какую-нибудь передрягу. Территория завода была приличной, гулял по цехам и присматривался. Так и забрел в кузницу».

 

«Небольшая кузня была, ну, как эта, – окидывает взглядом свою мастерскую Фурс, – где-то шесть на восемь метров. Зашел – стал смотреть. Горн стоит, наковальня. Интересно стало, начал присматриваться. Понравилось… Вот уже почти 30 лет вожусь с металлом. Я ведь свободолюбивый по характеру, как и огонь, – «чалавек вольны». А в кузнице именно такой дух, потому что разговариваешь с металлом. В общем, зашел я, постоял и понял: вот оно, мое».

Первый в стране кузнечный кооператив

Но одного желания ковать металл оказалось мало. Навыков-то не было, учебников тоже. Какие-то азы подсказал дед Казимир, который возился в кузне, но понимание приходило только с практикой. С первой работой – стремянку попросили согнуть – пришлось повозиться. Парень уже хотел махнуть рукой, но упорство и характер помогли одержать первую победу над металлом.

Пламя все больше разгорается, и Юрий кладет в огонь металлические четырехгранные метровые заготовки: «Просто рассказывать о труде кузнеца, не ударив по наковальне, глупо. Пускай нагреваются, я буду рассказывать, а потом попробуем. Хорошо?»

Изображение 3

Попробуем, а пока переносимся в 1980-е. Год за годом – и у молодого кузнеца стало получаться. Наряду с «обязательными» работами – сельхозорудиями и инструментом – начали появляться сделанные «по любви». Крючочки-вешалки, предметы интерьера, сувениры друзьям и знакомым. С каждым годом улучшалось качество. И когда появилась своя мастерская, Юрий на завод заглядывал лишь пару дней в неделю, когда просили. А потом пришли 1990-е…

«Это был кавардак какой-то, было очень сложно, – вспоминает Юрий Фурс, поворачивая заготовки, концы которых все больше краснеют. – Все полетело кувырком, и никто не понимал, что делать. Тогда я познакомился с известным белорусским кузнецом Александром Дубиной из Глубокого. Мы посидели, подумали и сделали первый в стране кузнечный кооператив. Человек 10 нас было, организовались в такую артель и работали. Ну что, металл уже готов. Поехали?»

Перековать мечи на орала

За минуту взмахов и ударов по раскаленному металлу моя заготовка превратилась в корявую расплющенную палку, а у Фурса – все идеально. Получилась эдакая правильная загогулина. Я пытаюсь еще взмахнуть, чтобы хоть немного исправить «косяки», но тщетно.

«Поговорку „Куй железо, пока горячо“ помните? – улыбаясь, спрашивает мастер. – Это отсюда. Пока металл горяч, с ним можно делать все. Как бы пафосно это ни звучало, но у металла есть душа. И мы с ним – одно целое. Я знаю, как с ним обращаться. Он отдает свои свойства. Металл даже можно сравнить с людьми, особенно сейчас. Забавно, но старое железо – податливое, ковкое, примесей мало. Такие же и люди в возрасте – честные и искренние. А сейчас хороший металл трудно найти. Вертишь в руках – вроде нормальный, а стукнешь молотом – так, ничего особенного».

Изображение 4

Изображение 5

Пока горит огонь, мы рассматриваем мастерскую. Очень много разного и загадочного инструмента, гири, заготовки, гвоздильня, причудливые молоты, станки и много раритетных вещей. На полке выстроились жбаны, утюги, под ними – старый горн, огонь в котором раздували с помощью педали. Работает до сих пор. А в углу – плуг.

«Есть такая фраза: „перековать мечи на орала“, – она про этот плуг, – говорит кузнец. – Он старый, и когда после войны в стране было тяжело с металлом, отвалы часто делали из танковой брони. Вообще профессия кузнеца – интересная. С одной стороны, кажется, что нужна только сила: бить, ковать, гнуть, – но если голова не работает, ничего не получится. Особенно если занимаешься художественной ковкой».

Изображение 8

Холодная ковка – как искусственный мед

Переходим из мастерской в дом кузнеца. Впечатляет все: дверь, фонарь, номер дома, вешалка – все из металла и сделано «вкусно». Кстати, сейчас кузнечные мастерские в основном дали крен в сторону художественной работы. Людям нравятся красивые вещи, они готовы платить. В комнате на столе – первая работа Юрия Фурса. Роза в вазе – подарок супруге. Пришлось повозиться с каждым лепестком, но получилось красиво. Этой работой восхищались еще на первом Всесоюзном кузнечном фестивале в начале 1990-х. Тогда в Глубокое приехали «ковали» из России, Прибалтики, Узбекистана. И Фурс увидел, что металл может не только служить и работать, но и радовать глаз. Быть произведением искусства.

«Я тогда книгу нашел по кузнечному ремеслу, как сейчас помню, 100 долларов отдал. Громадные деньги по тем временам. Научился многому и учусь сейчас. Вообще постигать новое никогда не поздно. Разные принципы работы, формы, вечный анализ. Но „кавальства“ – это всегда импровизация. Творчество с примесью ремесла».

Изображение 9

Изображение 10

Изображение 11

Еще одна работа, которая удивляет, – пуговица с ниткой. Диву даешься, как мастер ковал металл, чтобы получилась тонкая нитка. Удивляет и цветущая борона, в которой, оказывается, скрыт глубокий смысл: «Борона – сельскохозяйственное орудие труда, но время и новые технологии превратили ее в ненужную вещь, артефакт. Повисела она на стене, никто не подходит, вот и решила зацвести. Чтобы хоть таким образом радовать людей».

Изображение 16

Изображение 14

Посреди комнаты – стол. Круглое стекло на металлических ножках Стол с названием «Одна линия»: все четыре ножки связаны между собой. Рядом – металлическое солнце и метровый гвоздь. И лестница, которая считается самой сложной работой у кузнецов. Хотя Фурсу доводилось работать над бричками, ковать ворота для храмов. Массивные ворота костела святого апостола Андрея в деревне Нарочь Мядельского района – работа поставского кузнеца. Стоя́т больше 10 лет.

Изображение 12

Изображение 13

Изображение 15

В Беларуси сейчас творят около 20 кузнецов, но мастера в последнее время обеспокоены: появилось очень много фирм-однодневок и тех, кто занимается откровенной штамповкой.

«У них все просто: только наварить. Эти дельцы не гнушаются, например, „передирать“ чужие работы, – кузнец хмурится. – Сколько раз я свои работы в переделках встречал. Купят станок, чтобы гнуть металл, и пошло-поехало. Люди думают, что это шикарная работа, а на самом деле… Та же холодная ковка – это как искусственный мед. Души нет. Настоящий кузнец всегда работает с горячим металлом. Хотя, правды ради, мы иногда применяем новые технологии, но все равно верны традициям. Отличить же штамповку просто. По толщине изделия. У „холоднокованого“ она всегда одинаковая».

«Один тут недавно приходил — „на перековку“»

У Фурса есть несколько кузниц в Поставском районе. Одна из самых любимых – в его агроусадьбе Трабутишки, где каждый гость может взять в руки молот и выковать себе на память сувенир. Больше других радуются дети, хотя взрослые, выходцы из деревень, приезжая в усадьбу, говорят, что им вернули детство. Река, лес, грибы-ягоды, хутор, хата со старинной мебелью. И кузня с музеем. Можно кино снимать и на декорации не тратиться.

Кузнечное дело – целая философия, уверен мастер. Это и реставрация, и обновление, и стоять возле горна приходится по 14-16 часов, и душу вложить в изделие. Многие, кто решает стать кузнецом, не выдерживают.

«Понятие приземленное, – разводит руками Юрий. – Они уверены, что это очень доходная работа. Не скрою, достаток есть, но и работать же надо. Здесь и терпение, и покорячиться приходится. А у молодых сейчас в глазах только деньги. Один недавно приходил, как я шутил, „на перековку“, говорит, буду как вы. Ну, я его к горну – давай! Начали, помахали до обеда, пошел он перекусить, но больше я его не видел».

По материалам dengi.onliner.by
Фото с сайта dengi.onliner.by

_______________***_____________

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Юрый Фурс

Пра пастаўскага каваля Юрыя Фурса можна пісаць штомесяц. У яго, нястомнага і апантанага сваёй справай майстра і гаспадара, заўсёды шмат навін, планаў, ідэй. Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы… 

Знайсці Юрыя Фурса лягчэй за ўсё ў вёсцы  Трабуцішкі, што на Лынтуп­шчыне. Тут, у ваколіцах непрыручанай прыроды, знахо­дзіцца яго знакамітая кавальская аграсядзіба. Сюды штогод прыязджаюць дзясяткі турыстаў з самых розных краін, каб акунуцца ў выключную атмасферу самабытнасці.

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Закаханасць у Трабуцішкі — “дыягназ” кожнага, хто тут пабываў

Упершыню журналісцкая работа закінула мяне ў Трабуцішкі ў 2008-ым. Памятаю, колькі здзіўлення і захаплення выклікала кузня, музей этнаграфічных і кавальскіх рэчаў, прадуманы да дробязей інтэр’ер дома для гасцей. Здалося, што лепш і быць не можа. Але Юрый Фурс так не лічыў…

Аграсядзіба “Трабуцішкі” ўдасканальваецца год за годам, дзень за днём. Ужо некалькі сезонаў гаспадар прымае гасцей у новым доме, пабудаваным побач са старым. У яго інтэр’еры дружалюбна суседнічаюць мінулае і сучаснасць — тут ёсць і старажытная мэбля, і плазменны тэлевізар. Для сучасных, распешчаных цывілізацыяй турыстаў такі варыянт — найлепшы.

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Новы дом — новыя ўражанні

Па-ранейшаму велізарны інтарэс адпачывальнікаў выклікае кузня. У захапленне прыводзіць атмасфера, якая ў ёй пануе, не кажучы пра майстар-класы Юрыя Фурса. Ён — прафесійны каваль, член Саюза майстроў Беларусі, удзельнік, дыпламант шматлікіх выстаў, умее здзіўляць самых заўзятых турыстаў. З якім агеньчыкам у вачах яны прымаюць удзел у кавальскай справе, якімі дарагімі для іх становяцца вырабленыя разам з гаспадаром сувеніры!

Заходжу ў кузню і прызнаю: з часам яна стала яшчэ больш самабытнай. Акрамя новых вытанчаных вырабаў з жалеза, заўважаю незразумелае абсталяванне. Юрый Антонавіч тлумачыць: гэта — векавой даўнасці мяхі, а гэта — не маладзейшая бор-машына. Рарытэтныя рэчы каваль шукаў і працягвае шукаць па вёсках, і гэта дае плён  — Трабуцішкі яшчэ мацней здзіўляюць прыезджых.

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Такія кавальскія мяхі сёння і ў вёсцы — рарытэт

Колькі іх было сёлета?— пытаюся. «Як  заўсёды, шмат, — падводзіць вынікі напружанага сезона Юрый Фурс. — Асабліва насычанымі былі летнія месяцы: прымалі шмат гасцей з Мінска, Масквы, Санкт-Пецярбурга… Прыемна, што колькасць прыхільнікаў нашай сядзібы расце. Працуе рэклама ў інтэрнэце, а галоўнае — “сарафаннае радыё”. Не паспелі адны госці паехаць, а ўжо тэлефануюць іх сябры, якія жадаюць у нас адпачыць. Для нашай нялёгкай справы гэта найвышэйшая адзнака».

Сіл для прыёму гасцей трэба затраціць шмат. На высокім узроўні павінна быць усё: пачынаючы ад умоў пражывання і зананчваючы ўражаннямі. І тут першая памочніца Юрыя — жонка Наталля. Гасцінная, добразычлівая гаспадыня, яна і чысціню ў пакоях падтрымае, і стравы беларускай кухні смачна прыгатуе, і ў вандроўкі з турыстамі адправіцца. Адным словам, зробіць усё, каб адпачынак запомніўся надоўга.

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Сучаснае і старажытае — побач

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Самабытны інтэр’ер прадуманы да дробязяў

У гэтым гаспадарам сядзібы дапамагае здзіўляць “старамодная” беларуская прырода, якая сучасных турыстаў раўнадушнымі не пакідае. Некранутая прыгажосць лясоў і азёраў захапляе, здзіўляе, натхняе. З вялікай цікавасцю турысты наведваюць ландшафтны заказнік “Блакітныя азёры”, Лынтупскі і Камайскі касцёлы, ся­дзіба-паркавыя комплексы ў Паставах, Камарове… Прычым робяць гэта ў любую пару года.

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Касцёл у пасёлку Лынтупы

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Блакітныя азёры — чароўныя азёры

Нават у шэры лістападаўскі дзень ся­дзіба не пустуе — тут са сваімі дзецьмі адпачываюць маладыя людзі з Мінска і Масквы. Пытаюся ў іх пра ўражанні ад адпачынку.

—    Бліскуча! Гаспадарам — дзесяць балаў з дзесяці! — перапоўнены эмоцыямі Сяргей з Масквы. — Такое ўражанне, што мы здзейснілі падарожжа ў часе — настолькі ўсё самабытнае, старажытнае. Калі выбіраць адпачынак за горадам, то лепшага месца не знойдзеш. Шмат вандруем і ведаем, як усё бывае стандартна — дом з камінам, більярд, саўна. А ў Трабуцішках — столькі творчасці, столькі новых уражанняў!

Не адзін Сяргей так думае. Пачытала электронную кнігу водзываў на сайце сядзібы www.trabutishki.com, і пераканалася: улюбёнасць у Трабуцішкі — гэта “дыягназ” кожнага, хто тут пабываў.

Не ў сезон турысты часцей адпачываюць толькі ў выхадныя дні, і ў Юрыя Фурса з’яўляецца больш часу на рэалізацыю сваіх шматлікіх кавальскіх задум, сустрэч з калегамі.

—    Нядаўна вярнуўся з Мінска, дзе прыняў удзел у выставе-конкурсе “ПоСТУЛат-2012”, — расказвае Юрый. — Гэта ўнікальная падзея ў жыцці беларускага дызайна, якая збірае прафесійных творцаў і аматараў з усёй краіны. Цэнтральным аб’ектам мерапрыемства выступае крэсла ва ўсіх яго праявах — ад функцыянальнага прадмета мэблі да арт-аб’екта. На выставе, якая дзейнічае ў Палацы Рэспублікі, экспануюцца і мае работы, асноўная “прапіска” якіх тут, у Трабуцішках.

Юрый дзеліцца і яшчэ адной прыемнай навіной: збіраецца матэрыял для яго ўдзелу ў міжнародным конкурсе ЮНЕСКА. Яго мэта — адраджэнне кавальскіх традыцый і тэхналогій. Сёння ўсё большая колькасць майстроў займаецца машыннай коўкай: працу робіць станок, а работы прадстаўляюцца як мастацкія. На жаль, забываюцца шматвекавыя традыцыі нашых продкаў, якія ў апрацоўцы жалеза выкарыстоўвалі толькі молат і накавальню. Пастаўскі каваль пра іх ведае больш чым дасканала.

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

Юрый Фурс праводзіць майстар-клас для студэнтаў гістфака БДУ

 

Не гасне агонь ні ў кузні, ні ў творчай душы…

У кузні — невялікая выстава ўласных работ

У конкурсах Юрый Фурс не толькі ўдзельнічае, але і перамагае. У 2010 годзе “Трабуцішкі” прызнаны пераможцай рэспубліканскага конкурсу “Найлепшая аграэкасядзіба года” ў намінацыі “Захаванне беларускіх традыцый”.

—    Я далёкі ад спаборніцтваў, творчасць — гэта лад майго жыцця, душэўная патрэба, — прызнаецца каваль.

А шчырыя справы, якія ідуць ад сэрца, заўсёды маюць самую высокую ацэнку.

Іна СНЯЖКОВА.

Фота аўтара, Альфрэда Мікуса і з архіва Юрыя Фурса.

из ист: https://govorim.by/vitebskaya-oblast/postavy/novosti-postav/73948-ne-gasne-agon-n-kuzn-n-tvorchay-dushy.html

Любое использование материалов нашего сайта в сети интернет допустимо при условии указания имени автора и обязательно размещения гипертекстовой ссылки на источник.

268 просмотров всего, 0 просмотров сегодня

Метки: . Закладка Постоянная ссылка.

Добавьте свой комментарий или поделитесь материалом